КОММЕНТАРИИ
В Кремле

В КремлеРодные и приемные

kremlin.ru
Есть простой закон сохранения политической энергии: даром — только смерть, из ничего и выйдет ничего.

Например, мы видим отчаянную политическую борьбу в ТВ-эфире между кандидатами в президенты США. Нужно затратить бешеные силы, идти на огромные риски, чтобы прорваться в Белый дом. Но зато когда тебя избрали — со сколь угодно условным перевесом (Буш-Гор, 2000 год), — ты полноценный президент. Энергию, нужную на взятие власти, ты уже потратил в публичных шоу.

Ну а в России ту же энергию тратят — по традиции — в подковерных шоу, для более узкого круга зрителей-соучастников.

 

Поднять шапку

«Получить» шапку Мономаха можно. Только ведь штука какая… Ее протягивают — а ты ПОПРОБУЙ ВЗЯТЬ! Как по другому (а может, и не очень по другому?) поводу заметил классик: «тяжела» она. Значит, УСИЛИЕ, чтобы ее поднять и надеть, — все равно огромное. Да еще так надеть, чтоб не свалилась.

Конечно, к императорам это не относилось, они получали шапку по праву рождения и брали ее в свой час легко (в идеале. На практике случалось всякое). Но именно поэтому они и выпадали — по «легенде» — из мира обычных людей и вещей. Одно слово, «помазанники». А комбинированная система «принц-президент», «полупомазанник» — не срабатывает.

Что значит «взять власть»?

Добиться, чтобы твои решения выполнялись а) в ТВ-эфире и б) хотя бы в пределах Садового кольца. Много? Ну хотя бы Бульварного. Дальше-то, за пределами этой освещенной сцены, — тьма российская, «плохие дороги», плотный административный туман-на-болоте, в котором глохнет кремлевское эхо. Но эта объективная реальность не страшна и не обидна. Ведь местные жерди не конкуренты основной вертикали — просто они тоже хотят есть и в первую очередь заняты своим кормлением, а уж в оставшееся время кланяются начальству, что, собственно, всеми молчаливо признается и входит в правила игры.

Итак, «овладеть шапкой» означает на самом деле только одно — овладеть ручкой Центрального Рубильника, в какой бы степени работоспособности он ни находился. 

А вот это дело непростое.

 

Первый подход к шапке

В какой мере к нему готов Д.А. Медведев, мы сейчас — после первого встряхивания калейдоскопа — можем оценить.

Медведев дал понять, что он не хочет быть просто зиц-президентом. Доказательства? Все интересующиеся знают, что он продавил целый ряд важных ДЛЯ НЕГО решений. Продавил в ходе непростых переговоров с Путиным, хотя — по имеющейся информации — явных конфликтов и не было. Как минимум речь идет о следующих позициях.

Правая рука Путина (Сечин) «хотела» оставаться в Кремле, дружески считая пульс Д.А. Но Медведев — тоже вполне по-дружески, хотя и с трудом — отвел эту руку, перевел ее в Белый дом. Дальше. Медведев сумел провести на сильную властную позицию как минимум одного «чисто своего» — А.В. Коновалов стал самым молодым (40 лет) министром, да каким! Министром юстиции. Бессмысленная в советские времена, эта должность стала сегодня одной из ключевых. «Почти-силовик», опирающийся не только на «силу права». Далее. По ряду важных позиций достигнут компромисс: Шувалов (первый вице-премьер) может равно считаться и «путинским», и «медведевским», а вот у Козака (кстати, одного из самых сильных и толковых министров, как говорят) как-то не сложились отношения с Медведевым — и Д.А. сумел добиться, чтобы Козак не стал вице-премьером.

Все эти «дрожания левой икры» не имеют какого-то принципиального политического значения. Но они есть «великий признак» — признак того, что Д.А. не склонен просто «ласкать чемоданчик», что он с первого дня пытается вести СВОЮ ИГРУ. А это дело сложное — похитрее, чем в ТВ-дебатах языком противника шлепать …

 

Свобода и несвобода

Здесь надо понять, что — пока — НИКАКИХ принципиальных разногласий между Путиным и Медведевым нет, хочется этого кому-то или нет. Экономическая программа премьера Путина, заявленная им в Думе, вполне совпадает с выступлениями Медведева. Снижение налогов (особенно с нефтяных компаний), уменьшение видов деятельности, подлежащих лицензированию, принятие пакета законов против рейдерства, развитие финансовых рынков, создание массового класса мелких инвесторов… Словом — «свобода лучше, чем несвобода».

Программа действий — относительно выполнимых — для либерального бюрократа. Примерно та программа, с которой Путин выступал в 2000-2004-м. Кстати, не только «выступал», но и многое вполне реально делал — даже по признанию такого «путинофоба», как его бывший помощник Илларионов. Затем (2005-2007) возникла иная риторика (хотя и ту никто не критиковал), пошли активные действия в области госкорпораций и т.д. И вот теперь — новый поворот винта. Теперь Медведев вернул идеологию 2000-2004-го — и уже Путин подстраивается под эту «неолиберальную» идеологию Медведева (= «раннего Путина»).

Что интересно – нет никаких разногласий и в политике.

Медведев — пока, во всяком случае — не подает никаких сигналов о том, что он намерен хоть в чем-то демонтировать сложившуюся систему. Нет сигналов ни о расширении свободы слова на ТВ (и в других СМИ), ни о поблажках той или иной оппозиции, ни о возвращении к выборам губернаторов, ни о пересмотре функций силовых ведомств. Нет и никаких намеков на смену риторики в отношении Запада, о смене — хотя бы сезонно-весенней — фасонов патриотических мод. Никаких признаков «идеологической оттепели» в этих пунктах не наблюдается. Наоборот: на 9 мая Д.А. даже не помянул союзников, да и г-н Лужков — как бы буен ни был — не стал бы в Украину плевать против ветра. Значит, Ю.М. уверен, что такая риторика будет молчаливо одобрена. А коль уверен, то, может быть, эта уверенность не во сне к нему пришла?

Итак: разногласий — нет, а осторожное перетягивание каната — вполне возможно.

О чем же тогда может быть спор хорошего с прекрасным?

Да так… О свободе и несвободе принятия кадровых решений, например. В общем — арифметические споры о власти, не более.

Президент не может не быть N 1. Но и Путин не может быть N 2. Вот такая загогулина…

 

Структура Больших семей

Возвращаясь к технике споров.

У президента бывает три сорта чиновников: дети, усыновленные, попутчики. «Дети» — «из моего ребра». До встречи с шефом были «никем», вместе с шефом стали «всем». Есть иллюзия, что «без меня они уже не могут». Даже не всегда эти иллюзии рассеиваются.

Классический путь — тенью, десятки лет вместе. Секретарь (как жена лейтенанта, ставшая женой маршала), не меняясь по отношению к шефу, вырастает из секретаря вице-губернатора (или секретаря обкома) до секретаря президента (или генсека). Идеальный образец — Сечин. Как известно, и Медведев до поры до времени относился ровно к той же категории, и именно в этом качестве был «избран президентом». В советское время образцом «родных» считалась «днепропетровская мафия». У Горбачева и Ельцина «родных» не было (если не считать прямых родственников).

Усыновленные — те, кто представлял собой что-то (а иногда очень даже немало!) к моменту встречи с будущим шефом, но реально присягнул на абсолютную верность и годы проработал тесно, под началом. Самый известный сегодня, конечно — Сурков. Он был самодостаточной и влиятельной фигурой до того, как Путин стал президентом, но сегодня уже не отделим в общественном восприятии от Путина. Менее яркий, но по сути точно такой же пример — Громов. В советскую эпоху — Андропов при Брежневе. Другой вариант «усыновленных» — «младореформаторы» при дедушке Ельцине.  

Попутчики — вполне самостоятельные фигуры, вошедшие в команду. Такие плохо влезают в вертикаль, и сейчас примеров (кроме «спецов», вроде председателя ЦБ Игнатьева) не назовешь. Собственно, построение Вертикали и выразилось в систематическом «стесывании» тех самых «попутчиков». Разве что региональные бароны — тот же Лужков, Россель и т.д., но они не имеют отношения к устройству центральной вертикали, не допущены к основному рубильнику власти. «Попутчики» — обычные члены команды в открытых демократических странах. Правда, были они и в СССР. Например, при Брежневе — Косыгин, Суслов, Громыко, Устинов.

 

2000-й и 2008-й

Сегодня в центральной вертикали остались только «дети» и «усыновленные» Путина. В их тесные ряды должны вклиниться «дети Медведева» (первый пример — тот же Коновалов), а кто-то из «усыновленных Путиным» может перейти к новому «усыновителю». Но процесс этот — долгий, в лучшем случае на годы. Достаточно сравнить 2000 год, сразу после прихода Путина в Кремль, и 2008-й.

2000 год. Ельцин ушел. Прямых «соправителей» у Путина не было. Но оставалась команда Ельцина. Тогда, в январе 2000-го, «детьми Путина» во власти были Медведев и Сечин — заместители главы администрации, а к «усыновленным» можно было отнести Сергея Иванова, секретаря Совбеза, и (в меньшей степени) директора ФСБ Патрушева. Вот, собственно, и все — если говорить о ключевых постах. Другое дело, что важнейшие фигуры — глава администрации Волошин, премьер Касьянов, министр МВД Рушайло, и.о. прокурора Устинов, — были классическими «попутчиками». Они не имели реально другого организационного центра, лидера, которому бы подчинялись, старались быть лояльны Путину. И при всем том ему понадобилось не менее 4 лет (!), чтобы взять всю полноту власти, заменить «попутчиков» своими «детьми» и «усыновленными»…

Что же говорить о Медведеве!

Посмотрим на те же рычажки, которые только и нужны в руках, чтобы вертеть административный штурвал.

Глава администрации Нарышкин – «попутчик».

Его заместители: Сурков, Громов, менее известный широкой публике Беглов — все сплошь «люди Путина».

Премьер — Путин.

Секретарь Совбеза Патрушев, директор ФСБ Бортников (бывший шеф Петербургского управления ФСБ) — тоже «люди Путина».

Означает ли это, что «дело Медведева — безнадежно»?

Да. Если только под этим «делом» понимать «ломовую борьбу» с Путиным и его людьми и стремление их вытолкнуть из власти, заменив «своими», каковых сегодня просто нет (по крайней мере, в таком количестве). Но Медведев и по личным мотивам, и по своему аппаратному опыту едва ли о чем-то подобном думает — это никак не ложится в его жизненный сценарий.

Нет. Если понимать под «делом Медведева» движение в отведенном ему коридоре возможностей, с очень постепенным, по молекуле, наращиванием своего веса. Думаю, что примерно такой сценарий для Медведева и «предусмотрен» — а может быть, с ним и оговорен.

Наконец, теоретически есть еще один шанс — поставить Колумбово яйцо, т.е., взломав правила аппаратной игры, «выйти на площадь». Зачерпнуть горсть фигур с доски и… 

Но это — именно абсолютно теоретическая возможность, с вероятностью «корень из минус единицы». Она противоречит не только всему, что мы знаем о личности и биографии Медведева, но и тому простому соображению, что действительно никаких ПРИНЦИПИАЛЬНЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ разногласий у него с Путиным — нет. Так из-за чего же стулья ломать?

Свобода принимать решения лучше несвободы — верно. Но разрушать всю Систему, ради того, чтобы эту же самую Систему возглавить, — это уже какая-то «свобода самоубийства», о которой едва ли мечтает Медведев! «Поэт Блок греет руки на пожаре своей родовой усадьбы», как написано в каком-то школьном сочинении. На то он и поэт.

Мораль: все будет меняться… с молекулярной скоростью. Быстрее — не ждите. Но никто вроде и не ждет. И подавляющее большинство — как элит, так и арифметическое большинство населения — и не хочет. А хочет то и другое большинство только одного — ценилась бы нефть, родная, и нету других забот… 

 

 

Обсудить "Родные и приемные" на форуме
Версия для печати
 



Материалы по теме

Иудейская война Владимира Путина // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Прямая речь //
В СМИ //
Я не устал! Я не мухожук! // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Время в котором стоим // АЛЕКСАНДР ЧЕРКАСОВ
Прямая речь //
В СМИ //
В блогах //
Кроссовки веселого цвета // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО