В оппозиции
22 ноября 2019 г.
Четыре года назад

ТАСС

«Все говорят: Кремль, Кремль. Ото всех я слышу про него, а сам ни разу не видел. Сколько раз уже (тысячу раз), напившись или с похмелюги, проходил по Москве с севера на юг, с запада на восток, из конца в конец, насквозь и как попало – и ни разу не видел Кремля.
Вот и вчера опять не увидел
»

В. Ерофеев. «Москва-Петушки».



Я долго думал, а надо ли? Не повредят ли эти мои слова кому-либо? Но, глядя на бесконечные разборки, вновь вспыхнувшие накануне 6 мая, я решил, что надо. И что никому это уже не повредит. И что, возможно, я даже затянул с этим текстом года на два-три.

Так случилось, что я знаю о том, что происходило прямо перед 6 мая 2012 года, в тот день и после него существенно больше, чем подавляющее большинство спорящих, и больше, чем многие даже нерядовые участники: причиной тому общественное расследование, Болотный процесс со всеми его материалами, да и то, что мне тогда со многими (в том числе и с той стороны) довелось переговорить. Добавлю еще, что я не был организатором того шествия, простым участником; я не принадлежу ни к какой партии или движению — мне никого не нужно выгораживать.

Я не собираюсь писать обо всем — многое уже перетерто до жвачки. Только о том, что я сам считаю важным и/или о чем пока никто не говорил.

Итак, первое. О заполошных криках про то, как «орги» сдали протест. Я с трудом понимаю, как об этом могут всерьез рассуждать те, что были на Болотной в тот день 6 мая, — это либо вранье, либо не было там тех, кто такое пишет. Потому что если в колоннах море пожилых людей, женщин с детьми — вот они, наш «бойцовский клуб» и «революционная гвардия»! — понятно, что вышедшие на Якиманку-Болотную в тот день не были готовы ни к каким решительным действиям ни в какой точке Москвы — хоть на Красной площади! — тем более к жесткому противостоянию с полицией. Это ни плохо, ни хорошо — просто так есть. И на какую бы площадку ни согласились организаторы, результат был бы ровно таким же, плюс-минус. И эти плюс и минус зависели не от них, а от действий противоположной стороны. И все, кто кричит о «сливе», — это, в лучшем случае, нервное: где бы ни согласовали, случилось бы то же самое. А не согласовали бы — пришли бы двадцать три калеки. Да и так на марш пришло — нет, никакие не 100 тысяч и не 70, не надо выдумывать: столько там просто не поместилось бы! — тысяч 30-35. Тоже много, но тех, кто мог хотя бы теоретически активно физически действовать — таких было от силы 10-15 тысяч. Против почти 13 тысяч экипированных , вооруженных дубинками и не только, тренированных молодых и ражих полицейских. Против заслонов из коммунальной техники и тому подобного — картинка-то ведь донельзя прозрачная.

Второе — о провокаторах. Их было много. Это не мои догадки, я знаю. Года два спустя мне не раз говорили полицейские майоры-полковники (мне как заявителю маршей с ними контактировать приходилось много): «Вы ведь защитник по Болотному делу? Эх, знали бы вы, сколько там было провокаторов!». Я им отвечал: «Я знаю довольно точно, сколько, откуда и когда зашли. Более или менее знаю, что делали. Вот явок-паролей и имен не знаю». Убедившись, что я не блефую, они говорили: «Не хило вы раскопали. Я-то и имена знаю... но — под присягой». Был ли «вклад» провокаторов решающим или хотя бы существенным в том, что случилось, не знаю. Вот, например, на острие самого первого прорыва оказались как минимум три «искусствоведа в штатском». Но они ли давили или ими продавил цепочку напор толпы — как ни смотрел видеокадры, так и не понял. Но то, что они были, — факт. И, боюсь, дело Дмитрия Бученкова — отсюда. И вешают на него «подвиги» такого вот провокатора. Я знаю, что многие из тех, чье мнение я уважаю и с которым в силу их информированности не могу не считаться, имеют иную точку зрения по этому вопросу. Я высказываю свою.

Теперь третье — о полицейских. Кроме самого верхнего начальства, никто из них понятия не имел ни о том, что было согласовано, ни о плане действий — их просто поставили на точки и раздали приказы. Как они себя вели? А по-разному. Бóльшая часть была перепугана не меньше демонстрантов, и почти все их махания дубинками направо и налево — от страха и полного непонимания, что делать. Хотя были там и «герои-бойцы» с явно выраженными садистскими наклонностями. Одного из них мы знаем по имени-фамилии: это Денис Моисеев, «потерпевший» от Сергея Кривова. Клявшийся, что никого пальцем не тронул, а вот на фото и видео обнаруживается, что он на Болотной знатно оттренировал применение удушающего приема на самых разных гражданах. Или еще один персонаж — «боксер»: этот тоже дубинкой не заморачивался — на его счету минимум шесть нокаутов закованной в щитки перчаткой. В лицо мы его знаем, а вот по фамилии нет – на суде он не проходил ни как «потерпевший», ни как свидетель. И таких с десяток-полтора. Всего-то. Так что и тут все было по-разному. Кроме одного: никто из полицейских (во всяком случае, ни один кадр такого не зафиксировал) не отказался выполнять приказ, даже если у кого-то и возникли сомнения в его законности. Сказали «Фас!» — значит, «Фас!»

Наконец, четвертое. И самое, с моей точки зрения, важное: о том, что же властями задумывалось и как оно осуществилось. Тут придется чуть отойти назад. 4 мая организаторы таки согласовали марш по Якиманке и митинг на Болотной. При этом получили заверения (и на судах представители властей в конце концов даже перестали отпираться, что так оно и было), что границы и вообще порядок проведения будут такими же, как в феврале. То есть что вся Болотная площадь будет в распоряжении митинга, включая сквер. При этом уведомление было подано и согласование получено на 5 тысяч участников. Подавали его еще раньше, когда всем — и не надо обманывать себя! — еще казалось, что много народу не придет: история с выборами была уже полностью проиграна, все «суды» все иски отмели, и было впечатление, что тема если еще не ушла, то уже уходит. И запал вместе с ней. Да, к 4-му уже стало ясно, что народу будет больше (о чем организаторы честно предупредили), но никто не предполагал чуть ли не до вечера 5 мая, что будет реально много народу. А реальность 6-го превзошла и эти ожидания. И не только наши, участников марша, — ожидания властей тоже. Утром 5-го числа в СМИ появилась схема ограничения движения в связи с мероприятиями в праздничные дни (парадом и его репетициями, маршем на Болотную, проездом кортежа 7-го числа на инаугурацию), и эти схемы никоим образом не свидетельствовали о той тотальной «зачистке» маршрута путинского кортежа 7-го числа, которую изумленный мир увидел по телевизору. Все протестанты на следующий день после марша собирались встретить кортеж на всем пути его следования белыми ленточками.

И вот днем 5 мая Штаб по обеспечению безопасности родил Оперативный план. Очень странный план, если полагать, что власти боялись, что кто-то будет прорываться к Кремлю: куча резервов полиции была сосредоточена в замоскорецких переулках. Подчеркну, это было днем 5-го числа. Когда уже и схема перекрытий была опубликована, и на сайте ГУВД Москвы висел (и сегодня висит) план мероприятия на Болотной площади, по которому вся площадь отдавалась под митинг. Но Оперативный план, в нарушение всех согласований, решил иначе: для митинга была оставлена только Болотная набережная. А весь сквер был занят, заполонен резервами полиции, включая (к чему бы?) множество полицейских с собаками.

Я уверен, что идея была простая: да, придет не 5 тысяч, а 7, 8 или даже 10, но все смутьяны придут обязательно. И тут их всех тепленькими на набережной можно разом окружить (резервы в Замоскворечье) — и спокойненько препроводить ... да куда угодно, хоть в школу какую ближайшую, благо за праздниками все равно не работают (а с собачками конвоировать сподручнее). И подержать их там до 7-го числа — никуда не денутся, голубчики! И никого, кто мог бы Хозяина белыми ленточками во время его триумфального проезда смутить, на воле не оставлять — только радостно бросающих в воздух чепчики. А что с этими инсургентами делать потом — потом и решим, как указание сверху выйдет.

Наверняка так и доложили наверх: все у нас схвачено и парад обеспечен, не волнуйтесь! А шестого пришло не 10, а 30-35 тысяч. И их уже ни в какую школу не интернируешь... И начались срочные переброски резервов из Замоскворечья на Болотную (мы видели эти переброски), да и вообще резервов отовсюду. И на общей панике — панике не от того, что кто-то к Кремлю прорываться станет, а от того, что благостная картинка на завтра на глазах рушилась! — решили всех усмирить и закатать. И ведь 600 человек закатали! Да только к концу (а то и раньше) стало ясно, что вот сгрести всех этих белоленточников в мешок не удалось — и что теперь завтра будет? И как начальству докладывать?

На следующий день весь мир увидел позорный проезд кортежа по Москве, зачищенной от греха подальше до кладбищенского состояния.

Именно эти умопомрачительные кадры пустой Москвы и были тем, чем «испортили праздник». А не какими-то там стычками с полицией — эка невидаль! Именно за этот «испорченный праздник» платят наши «болотные» испорченной жизнью.

А то, что лидеры оказались не то чтобы лидерами... Ну да, конечно. Но и мы тоже — не то чтобы особо решительные: их винтили у всех на глазах и мы ведь дали их свинтить. Да не просто дали — даже отстоять не попытались. А вы говорите: Кремль, Кремль! Площадь Революции! Манежка!

Вот 6 мая этого года посчитали необходимым для себя прийти на Болотную человек 200. И то, дай Бог, если столько! Остальные-то где?

Да я-то догадываюсь, можете не отвечать.


Фото: Россия. Москва. 6 июня. Во время акции в поддержку "узников 6 мая" на Манежной площади. Зураб Джавахадзе/ТАСС













  • Андрей Колесников: Если это окажется не очень заметной структурой, то ей могут позволить существовать. Но если структура станет разрастаться, то её тут же начнут убирать. 

  • Новая газета: По словам Крыленковой, объединение было создано, чтобы показать обществу, какое большое количество людей затрагивают политические репрессии. 

  • Леонид Гозман: Попытка Верховного Суда закрыть «Движение за права человека» Льва Пономарева - это, во-первых, признание заслуг. И организации, и Льва лично. Абы кого не закрывают.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Верховный суд обслужил силовиков. «За права человека» ликвидировано
5 НОЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувшую пятницу Верховный суд удовлетворил иск Минюста и прекратил деятельность правозащитной организации «За права человека» на территории РФ. Движение, которое бессменно возглавляет один из наиболее авторитетных отечественных правозащитников Лев Пономарев, формально прекратило свое существование. Впрочем, сам Лев Александрович утверждает, что «движение продолжит свою работу и без юридического лица». Формальные претензии Минюста, поддержанные высокой судебной инстанцией, заключаются в том, что ЗПЧ, якобы, не в полном объеме предоставило отчет за первую половину текущего года как «организация, признанная иностранным агентом». 
Прямая речь
5 НОЯБРЯ 2019
Андрей Колесников: Если это окажется не очень заметной структурой, то ей могут позволить существовать. Но если структура станет разрастаться, то её тут же начнут убирать. 
В блогах
5 НОЯБРЯ 2019
Леонид Гозман: Попытка Верховного Суда закрыть «Движение за права человека» Льва Пономарева - это, во-первых, признание заслуг. И организации, и Льва лично. Абы кого не закрывают.
В СМИ
5 НОЯБРЯ 2019
Новая газета: По словам Крыленковой, объединение было создано, чтобы показать обществу, какое большое количество людей затрагивают политические репрессии. 
«Московское дело» продолжает зажевывать жертв
31 ОКТЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Мы уже примерно представляем себе, как это происходит. Десятки, а может, и сотни сотрудников МВД с лета сидят, уткнувшись в экраны своих мониторов, и просматривают километры оперативной съемки летних московских демонстраций. Время от времени кто-нибудь из них вскрикивает: «Смотрите, смотрите — есть! Попался, гаденыш!!! Вот тут явно видно, как этот парень хватает за руку омоновца. И рожа его крупным планом — вмиг опознаем»…  «Молодец, сержант Тюнькин, — хвалит подчиненного командир, — вырезай сюжет, отправляй операм и беги в кассу за премией!»
Прямая речь
31 ОКТЯБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Какие-то отдельные группы экстремистов можно подавить дубинками и сроками, но нельзя так подавить всё поколение.
В СМИ
31 ОКТЯБРЯ 2019
Медиазона: Новиков был задержан только накануне, 29 октября, утром. После этого у него провели обыск, а затем его увезли в Следственный комитет на допрос... Он отказался от признания вины...
В блогах
31 ОКТЯБРЯ 2019
Ольга Романова: Год назад в России было порядка 200 политзаключённых. А сегодня в далеко не полном списке уже больше 300. И каждый день новые аресты.
Судебный грабеж оппозиционеров
2 ОКТЯБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
К перечню преступлений путинской судебной системы, помимо заведомо незаконного отправления за решетку невиновных и  воспрепятствования избирательных прав граждан, относится еще и грабеж. К оппозиционерам, которых 27.07.2019 и 03.08.2019 избивали, ломали, тащили в автозаки и сажали в кутузку, предъявили вполне абсурдные иски несколько государственных и аффилированных с властью структур. Вот эти умученные от оппозиции. Московский метрополитен оценил свои страдания в 53 тысячи 642 рубля от незапланированного выхода нескольких начальников в выходной. 
Прямая речь
2 ОКТЯБРЯ 2019
Юлия Галямина: Мы планируем оспаривать эти иски во всех соответствующих инстанциях, вплоть до ЕСПЧ. Но пока что их придётся выплачивать...